Дед Мороз был обладателем грубого голоса и высоченного роста.
Он внезапно, очень шумно вошёл в комнату и сгрёб детей в охапку, находившихся там, словно цыплят.
Цыплята притихли под его крепкими ручищами и смотрели на мир испуганными, округлившимися враз глазами.
Чем- то я ему понравился больше остальных- он притянул меня к себе и посадил на колено. Я успел заметить, что на нем были такие же сапоги, как у отца, только большего размера.
- Веришь в Дедушку Мороза?- спросил он и меня обдало перегаром и сильным запахом тройного одеколона. Я сидел на его ноге, как на скамейке, и наверное, всем своим видом напоминал беспомощного, выпавшего из гнезда совёнка.
Он нисколечко не был похож на Деда Мороза. Я ещё раз оглядел его и отрицательно замотал головой,- Не верююю..
Все присутствующие засмеялись, а Дед Мороз громче всех.
читать дальше
- Ну и зря !- спокойно сказал он мне, успокоившись,- Смотри!
Он выставил большой палец одной руки вверх, потом обхватил его другой рукой, напрягся, выкручивая и вдруг, вырвал его с корнем. Кисть осталась без большого пальца.
Я не знаю, что меня больше всего поразило - страх или удивление. Самое интересное, что не было крови. Вероятно, на это и был расчет, иначе, дети бы разбежались.
Оно и вправду, ошеломляющее действо, если представить себе, что где то за час до Нового года, к вам неожиданно и громко заваливается Дед Мороз, сгребает детишек в кучу, и на глазах у всех отрывает себе палец...
Я не успел прийти в себя. Резким ударом он прилепил палец обратно к руке и в доказательство, что операция прошла удачно, весело подвигал им.
Все опять засмеялись. Хорошо, что так всё закончилось, подумал я, а Дед Мороз вдруг наклонился ко мне и шепотом назвал меня по имени:
- А это ещё не всё!- сказал он,- И не глядя в мешок, вытащил оттуда большую, игрушечную, грузовую машину, о которой я мечтал весь год.
- Держи!- вручил он её мне,- И никогда не сомневайся в Дедушке Морозе!
И ещё посмотрел на меня так, что я быстро- быстро закивал головой, чтобы только обратно не забрали мой подарок..
***
Я давно сам играю Дедов Морозов, если появляется возможность. С каждым годом грима требуется всё меньше и меньше.
Ежегодно, в канун праздника, всё также неизменно хочется, чтобы кто-то, с лёгким амбрэ перегара и пропахший тройным одеколоном, как тогда, также неожиданно вошёл бы к тебе, сел напротив и уверенно оторвал себе палец. А потом, бац, и прилепил бы на место..
И дальше, придвинувшись поближе, назвав твое имя, вынул бы из большого мешка, то, о чем ты мечтал весь год.. Или даже всю жизнь..
В сущности, это только снаружи мы взрослые, а внутри всё также, под бой курантов, под мандарины, серпантин и оливье, ждём неожиданностей, сюрпризов и подарков, запивая записку шампанским с желаниями..как тогда, в далёком детстве...
Рустем Шарафисламов
На детском празднике Снегурочка спрашивает детей: «Кто хочет рассказать стишок?» Выходят 10 детей и по очереди рассказывают стишки. Когда остается одна девочка, Снегурочка говорит: «Ну все, давайте дальше продолжать праздник».
Девочка идет на свое место и по ее щекам начинают течь слезы.
Было отчетливо видно, как часть нее осталась стоять там, рядом с Дедом Морозом и Снегурочкой. Слезы сразу заметили воспитатели и обратили внимание Снегурочки, попросив ее дать девочке возможность рассказать стишок.
Но было уже «поздно».
Девочка стояла, смотря в пустоту, скрестив руки на груди перед собой, и физически не могла вымолвить ни слова. Она не плакала, просто все дальше и дальше «уходила в ту пустоту», чтобы не было так больно.
Когда она вернулась обратно и села на свой стульчик в первом ряду, я спросила ее, не хочет ли она спрятаться вот тут в уголочке (я сидела во втором ряду, в углу). Она кивнула и встала рядом со мной (девочка меня немного знает, наши дети играли вместе).
Я сказала: «Если хочешь, можешь сесть ко мне на колени?» Она кивнула и молча, ничего не говоря ни слова, залезла, все еще продолжая смотреть туда, в пустоту. Я спросила, можно ли я тебя обниму, она кивнула. Я обняла ее и стала с ней разговаривать, словами подтверждая то, что произошло (ты очень хотела рассказать стишок; тебе стало очень обидно, что ты не успела рассказать стишок; я считаю, что это очень несправедливо и т.д). Она кивала и рыдала. Я просто гладила ее по спине, раз за разом повторяя, как это было нечестно, несправедливо и обидно. В какой-то момент она прямо физически расслабилась и легла на меня телом. Я уже ничего не говорила, просто крепко ее держала.
Представление закончилось, все разошлись дальше по программе мероприятия. Мы еще посидели некоторое время, стало как-то спокойнее, они с моим сыном стали перебирать кубики, которые стояли рядом. Потом мы стали из этих кубиков строить домики.
Но девочка все еще молчала. Как будто слова этого стишка реально застряли в горле. Я видела, что глазами она мне отвечает, а физически голосом прямо не может, хотя и пытается.
Пришли еще несколько детей и начали все вместе во что-то играть, беситься - все как и положено на детском празднике.
Когда пришло время расходиться, я подошла к этой девочке, села на корточки и, глядя ей в глаза, сказала: «Если ты хочешь, ты можешь рассказать мне тот стишок, который хотела, я с удовольствием послушаю».
Она посмотрела на детей вокруг, и я добавила: «Можно тихо-тихо, шепотом, чтобы слышала только я». Она голосом сказала «да» и рассказала стишок, после чего сделала очень мощный выдох. Было прямо видно, что «она вернулась», она заулыбалась, в ее глазах снова появился блеск. Я обняла ее.
Посвящается всем нам - тем, кому когда-то очень хотелось рассказать стишок на празднике и не получилось.
Наталья Целунова